Через тернии

01 февраля 2010, Аксёнова Дарья, "Страстной бульвар"

В ноябре в нескольких екатеринбургских театрах отметили юбилей солистки Свердловского театра музыкальной комедии, заслуженной артистки России Эллы ПРИЙМЕНКО, более сорока лет отдавшей сцене. Это неутомимая актриса, которой мало одной сцены, - Элла Ивановна успешно играет не только в Свердловской музкомедии, но и в спектаклях Камерного театра Музея писателей Урала, выступает с оркестром русских народных инструментов, ведет активную концертную деятельность...

О чем вам интересно говорить в интервью?

Больше всего хочется говорить о творчестве. Сейчас у меня идет процесс осмысления самой себя, появляются философские вопросы. Я пытаюсь осознать себя в профессии и профессию в себе.

А выбор профессии - это было случайное или осознанное решение?

А я с детских лет поняла, что буду актрисой. Других мыслей не было - я даже не представляла, что могу быть кем-то еще. Меня привлекала не радужная мечта стать публичным человеком - я чувствовала, что во мне заложено что-то такое, чего я сама еще не осознавала...

Что именно для вас стало первым испытанием в профессии?

Одной из моих первых серьезных ролей был Волька в "Старике Хо-Хоттабыче". Сначала я расстроилась и даже испугалась, когда узнала, что буду Волькой. Мне тогда нравились лирические роли, и вдруг - мальчишка! Но уже в процессе репетиций я вдруг поняла, что мальчишеский задор во мне все-таки есть! К тому же Михаил Дотлибов, режиссер "Хо-Хоттабыча", - очень доброжелательный человек, что для меня как для актрисы очень важно. Я очень увлеклась - репетировала и работала спектакли с огромным удовольствием. И мой Волька получал очень хорошие отзывы. Именно благодаря этой роли я поняла, как здорово быть разной! Ведь это дает актеру очень важное качество - внутреннюю гибкость.

Какие творческие открытия случались после "Старика Хо-Хоттабыча"?

Важным этапом стал переход от лирической героини к "красотке кабаре". Я долгое время играла классических субреток, и вдруг Кирилл Савельевич Стрежнев, наш главный режиссер, придумал для меня роль в "Княгине чардаша" - почти бессловесную, но яркую. Эта героиня должна была стать символом кабаре "Орфеум". Я долго и мучительно искала этот собирательный, ирреальный образ, почти до самой премьеры. В какой-то момент почувствовала, что перехожу на новый актерский уровень - стала более острой, эксцентричной, не похожей на себя прежнюю.

Как вы, актриса музыкальной комедии, оказались на драматической сцене?

Десять лет назад мне поступило совершенно неожиданное предложение от главного режиссера Камерного театра Вячеслава Анисимова сыграть роль Полины Виардо в спектакль "Тургенев и Полина Виардо. История любви" по пьесе Валентины Боровицкой. Я сначала испугалась, потому что подобного опыта у меня не было. Но работать с Вячеславом Ивановичем оказалось очень интересно. Он подобрал не просто труппу, а команду "единоверцев". Потому, наверно, спектакль живет уже десять лет. И все это время за кулисами царит уникальная творческая атмосфера. Никаких интриг и выяснения отношений - только нежность, любовь, уважение. И звенящая тишина перед спектаклем - мы особо не разговариваем, все участники настраиваются на одну волну, чтобы дышать и чувствовать в одном ритме. Наше отношение к этому спектаклю очень трепетное и нежное, и оно передается от одного к другому. Когда в первом акте я ухожу со сцены, за кулисами готовится к выходу мой партнер Леонид Дмитриевич Рыбников. И все десять лет, на каждом спектакле, он встречает меня словами: "Здравствуй, душа моя!" И за это можно все отдать...

Драматическая актриса и актриса музыкального театра - как они уживаются в вашем творчестве и не мешают ли друг другу?

Напротив, они всегда помогают друг другу - думаю, что в актере изначально заложены и драматизм, и музыкальность. И я уверена, что разделения быть не должно - в нашем жанре надо работать так же, как в драматическом.

А как в вашей жизни появился Театр русского романса? Почему вы выбрали этот жанр?

Театр романса появился благодаря моему мужу, композитору Сергею Ивановичу Сиротину. Он писал для меня песни, которые составили авторскую программу "О, Господи, подай любви". Поначалу эти песни и любимые нами русские романсы были репертуаром для "домашнего музицирования". Но творчество всегда ищет выхода, ищет зрителя. При поддержке Музыкального общества у нас в городе появился Театр романса. Для меня любой концерт был маленьким спектаклем - я работала над образами своих героинь, над декорациями вечеров романса. Со временем театр раскрутился, у нас появились свои зрители. А многим молодым певцам города этот проект дал возможность творить. Мы с мужем провели там десять счастливых творческих лет.

Ваша недавняя работа - Мириам в студенческом спектакле "Дельфин" - выбивается из того ряда женских образов, которые вам приходилось играть и в которых зрителю вас привычно видеть.

Я окунулась в эту работу с головой, хотя меня не понимали, спрашивали: "Зачем тебе это надо?". Мы репетировали полгода, почти ежедневно. И каждый раз я шла, несмотря на занятость, на усталость, потому что мне было интересно - ведь я впервые работала с современной молодежью. Очень интересно было работать с молодым актером Алексеем Литвиненко. Он замечательный партнер, с ним очень легко. Иногда одна его фраза, интонация могли помочь и "повести" меня в нужное русло роли.

Трудных моментов в процессе репетиций было немало. Несмотря на то, что я на сцене более 40 лет, мой творческий опыт не выручал меня. У меня многое не получалось - другая манера игры, другая пластика, современная острая режиссура, все это было мне по началу непривычно и непонятно, но очень интересно. Эта работа заставила меня многое пересмотреть в творчестве и взглянуть на себя со стороны. Я поняла, что играть так, как играла раньше, теперь нельзя. Пришло другое время, новое поколение - и нужно учиться быть интересной молодым зрителям, как они интересны мне. И мне кажется, результат есть. Даже если со стороны это не заметно, я чувствую, что сделала большой скачок вперед, изменилась внутренне.

А сейчас, после многих размышлений, вы уже окончательно определили свое отношение к своей профессии?

В работе я себя считаю "очень честным поденщиком" - тем, кто честно выполняет свою работу. К этой мысли я шла довольно долго.

Как-то вечером, когда сын уже спал, а муж был в своей комнате, я слушала по радио свою любимую оперу "Травиата" - пели итальянские артисты. Меня всегда волновала эта удивительная, необыкновенная история любви. Я слушала и поражалась, как можно так изумительно петь! И что я делаю в Искусстве, если есть такие таланты? Утром мой муж сказал мне: "Знаешь, я вчера допоздна слушал концерт Рахманинова. И думал: "А кто я в Искусстве на фоне этого Гения?". Выходит, мы всю ночь думали об одном и том же...

Теперь я поняла, что не надо казнить себя и травить себе душу. Ведь люди, которые честно выполняют свою работу, тоже нужны, пусть они и не всегда звезды. Если ты ответственно относишься к делу - ты нужен. Люди придут, увидят твою искренность и останутся благодарны.

Но, если бы я начала жить сначала, я бы не пошла снова по этой дороге. Слишком тяжелая стезя, слишком тернистый путь - для женщины-актрисы особенно.

предыдущая     следующая

Все статьи